«Зулейха открывает глаза» во Франции

Это интервью состоялось в Париже, где Гузель представляла свою визитную карточку -роман «Зулейха открывает глаза» в переводе на французский.

- Гузель, как так получилось, что специфическая, казалось бы, история татарской женщины начала XX века, заинтересовала издателей в Париже?

- Не только в Париже. «Зулейха» переведена на 29 языков мира, и на двадцати уже вышла в свет. В том числе на таких своего рода экзотических как фарси, японский, китайский и финский. Есть договор о переводе книги на язык эсперанто.

Кроме того, книга издана в Татарстане шрифтом Брайля, для слепых людей. А здесь, в Париже, и для слабовидящих. Из одного тома получилось два с очень крупными буквами.

Самый первый перевод книги был на татарский язык, в мае 2016 года. Вообще мой путь был достаточно простым для начинающего автора. Я нашла своего издателя не спустя долгие годы, а в течение нескольких месяцев. По счастливому стечению обстоятельств познакомилась с Еленой Костюкович - переводчиком и владельцем литературного агентства. Она представила книгу Людмиле Улицкой, которая затем написала о ней прекрасный отзыв и предисловие.

Решение о публикации было принято очень быстро, и издателем стала Елена Шубина, представляющая знаменитый АСТ.

- Был ли реальный прототип у вашей героини?

- История Зулейхи, конечно, вымышленная, но она базируется на исторических фактах. Я много работала в архивах, читала тематическую литературу.

Когда книга была закончена, её прочли специалисты-историки, в том числе Ирина Щербакова, представитель общества «Мемориал». Они подтвердили её историческую правдивость.

Мне хотелось написать книгу именно о раскулачивании, о ссылке невинных людей в Сибирь. Это и часть моей семейной истории, моя бабушка через это прошла. Если говорить языком цифр, то раскулачено было 3,5 миллиона человек, а через трудовые поселения прошли почти шесть миллионов по всей России. Моя бабушка была маленькой девочкой, которую увезли вместе с раскулаченными родителями в Сибирь, где она и прожила 16 лет.

Мне захотелось написать историю не ребёнка, но взрослой женщины, которая проходит через колоссальные внутренние изменения. Историю Женщины, которая обретает свою вторую жизнь, граничащую со смертью. Которая становится Матерью, потеряв на то всякую надежду.

Историю женщины, которая всё отдаёт своему ребёнку, жертвует собой для него. И перед которой встаёт вопрос: может ли она, затем что-либо требовать взамен от своего дитя, такой же Жертвы и Любви?

Вот о таких вот жизненных вопросах на фоне исторических событий начала прошлого века мне хотелось порассуждать на примере Зулейхи...

- Гузель, издали роман достаточно быстро, а как долго вы его создавали?

- Я долго к нему подбиралась... История в голове постепенно обрастала деталями, развивалась, но была хаотичной. Признаюсь, я не знала, с какой стороны к ней подступиться и ходила вокруг да около...пока не решила пойти в московскую школу кино и уже там начать учиться слагать истории по законам кинематографа. Сначала я написала литературный сценарий, и только затем превратила его в книгу.

На сегодняшний день все права на экранизацию моего романа принадлежат телеканалу «Россия», определён режиссёр и актёрский состав. Речь идёт о восьмисерийном фильме, надеюсь, что всё сложится благополучно.

Кстати, осенью прошлого года состоялась театральная премьера Зулейхи в Уфе...

- Некоторые критики любят сетовать на то, что, мол нет нынче ни Достоевских, ни Пушкиных...один сплошной интернет...

- (Улыбается) я сама смотрю телевизор достаточно мало. Все новости узнаю да, из интернета и по радио. Книги тоже предпочитаю читать в электронном виде. «Живьём» только диссертации и старые газеты. Я выросла в татарской семье, но русская культура мне не менее близка. Это два источника, из которых я пью, которые меня наполняют своим менталитетом и своей культурой.

Я достаточно поздно начала писательствовать. Боялась. Не доверяла себе. Не верила, что получится.

Мои же близкие всегда относились к моим литературным трудам позитивно и спокойно. Кто-то может создавать прекрасные произведения за столиком в кафе...чашка кофе...бокал вина...переносной компьютер или бумага и ручка...Или в городском парке, как это делала Джоанн Роулинг, автор Гарри Поттера. У меня так не получается...я тихоход и долгодум (смеётся)...

- Если говорить о национальной культуре, можно ли к ней отнести и национальную кухню?

- О да, безусловно! Моя мама прекрасная кулинарка и ныне покойные обе бабушки. Одна деревенская, другая казанская татарка. Кош теле, тутырган тавык, тукмач...сама всё резала, без машинки. Пельмени, губадия с невероятно вкусным кортом, пироги с яблоками и калиной. Это одна бабушка. У другой прекрасно получались плов в казане, самса и супы...Сама я это всё, увы, не приготовлю, но бережно храню в памяти все эти кухонные ароматы и запахи.

- Чем вам запомнились встречи с читателями во Франции?

- Шоколадом (улыбается)! Одна дама преподнесла мне шоколад в благодарность за эмоции от Зулейхи на французском! Я волновалась...будет ли отклик...

Оказывается, женская судьба она и во Франции остаётся такой же яркой и мистической, она не зависит от страны и национальности. Я вообще оцениваю людей по их искренности...

- Ну вот...увидеть Париж...

- (Улыбается)... и умереть не стоит... Отвечу, пожалуй, цитатой: «Париж - это предмет зависти для тех, кто никогда его не видел. Счастье или несчастье для тех, кто в нём живёт. И всегда большое огорчение для тех, кто его покидает...».

Елена Иванова-Sarazin,

Свободный журналист во Франции