Когда мы были на «Крутушке»

Музыкальную программу фестиваля открыл ансамбль хангов Sunset orchestra. Я уже писал об этом коллективе в связи с его концертом во Вселенском храме, поэтому особо распространяться не буду. Скажу только, что понятие «этническая музыка» к народной культуре имеет опосредованное отношение. Для любого этноколлектива она может являться чем угодно – объектом творческого или даже научного интереса, источником заработка, выражением национальных чувств и прочее – но только не частью повседневной жизни, то есть тем, чем она являлась для наших предков. Поэтому ничего удивительного в использовании современных инструментов (того же ханга, например) и миксов из мелодий разных народов нет. Этника – это музыкальное течение вроде рока или джаза, а не продукт исторической реконструкции. Или, во всяком случае, не только он.

Ярмарка ремесел была менее богатой, чем в прошлом году, но такой же дорогой. Чего стоит малюсенький бутерброд с ветчиной за 160 рублей с казачьим названием кубана и космополитичным пояснением в скобках - бургер. Чтобы утолить голод, нормальному мужику таких кубан нужно штук шесть. И отвар перловой крупы с имбирем в придачу, чтобы запить. Отваром меня угостили бесплатно – продавец торопился домой в Чувашию. Из несъедобных товаров запомнились шапочки из конопляного волокна за 700 рублей, которые некоторые посетители ярмарки почему-то нюхали, и варганы из Вятской области за 2-4 тысячи рублей.

На палатки с предложением оздоравливающих процедур я смотрел издалека. Чтобы не стать жертвой агрессивной рекламы. Вот пожилой мужчина «мяучит» что-то жалобное на своем глюкофоне. К краю палатки пришпилена картонка с надписью фломастером: «Глюкотерапия». Молодой мужчина в черных очках и костюме цвета хаки лечит с помощью музыкальных чаш. Клиент лежит на медицинском ложе головой вниз (в ложе для этого специальное отверстие), одна чаша посередине спины, другая – у копчика. Лечебный эффект сомнителен, потому что вокруг машины, шум, гам…

В палаточном лагере яблоку негде было упасть. Но вот вроде бы подходящее место для ночлега. Скидываю рюкзак, достаю палатку и привлекаю внимание соседа, судя по черному берету, служившего в морской пехоте. Звездой нашего костра оказался талантливый гитарист из Зеленодольска Булат Гилимханов, он же Каспер. Благодаря виртуозной игре к двум часам ночи, когда все потихоньку начали расходиться по палаткам, вокруг Каупера сидело человек пятнадцать, не меньше.

Чем плохи посиделки у костра под гитару? К ним так прикипаешь, что уже никакие «Шуромпуч», «Искорка» и «Жингечейлэр» (названия коллективов, выступавших в заключительный день работы фестиваля) тебя не заинтересуют. Из двух измерений «Крутушки» я безальтернативно выбираю бивуачно-костровое.

Алексей Егоров