«Вверхшифтеры выходного дня»: Подчинённый Чукотки. Часть 1: Бред и пререм

Но то были записки путешественника, приехавшего на Чукотку в короткое северное лето и покинувшего её с наступлением первых холодов. Взгляд интересный, но беглый.

Между тем хочется разглядеть детали. Уж больно красивая территория и заоблачный ценник на полеты к ней. За деталями мы обратились к Тимуру Ахметову, работающему на Чукотке вахтовым методом. По профессии он промышленный эколог, а по призванию – исследователь. Иначе и не скажешь, ведь если межвахта выпадает не на зимние месяцы, Тимур проводит её в очередном походе по Чукотке, хотя мог бы за счёт работодателя улететь на материк.

Даже интервью, избранные места из которого мы публикуем ниже, Тимур дал, находясь на рабочем месте, на границе Анадырского и Билибинского районов Чукотского автономного округа.

Полетел оформить загранпаспорт

В 1989 году родители, – они у меня военными были, – переехали по службе в посёлок Угольные Копи. Я тогда во втором классе учился. С этого момента и до окончания школы я жил на Чукотке. Высшее образование получал в Москве, в университете нефти и газа. На промышленного эколога учился, но так как зарплаты в этой сфере были не очень, по окончании вуза стал работать фотографом.

На Чукотку я вернулся в 2008-м. Полетел оформить загранпаспорт и в Анадыре от знакомых узнал, что есть такой золотосеребряный рудник «Купол», и на нём требуется промышленный эколог. Я подумал: «А почему бы и нет?» Тем более кризис тогда начался, заказов на фотосъёмку стало сильно меньше. Прилетел буквально на одно лето и вот уже 12 лет работаю на руднике.

По большому счёту, я юрист, но с уклоном в экологию. То есть я подготавливаю документы для получения разного рода разрешений и слежу за тем, чтобы на руднике не нарушались требования законодательства в части охраны окружающей среды. Рудник, к слову, канадский, и все экологические нормы здесь соблюдаются неукоснительно. Если бы я работал на российском предприятии, где многие природоохранные мероприятия по разным причинам, скорее всего, не реализуются, я бы не задержался. Я всё-таки люблю природу.

Всё включено

До пандемии я месяц работал – месяц отдыхал. На материке с таким графиком можно куда угодно выбраться, но на Чукотке… (вздыхает). Здесь очень тяжёлая транспортная ситуация. Рейсы в отдалённые посёлки – только из Анадыря и обычно раз в две недели. Обратно такая же ситуация. Соответственно, если я задержусь с вылетом в Анадыре, то потом не успею вернуться на вахту. Много раз я никуда не мог выбраться в межвахту, просто потому что не попал на дату вылета, либо по причине отсутствия билетов.

По этой причине в 2017 году я перевёз родителей в Сочи и там же сам обосновался. Но сказать, что с тех пор я много где побывал, нельзя. На Кольский полуостров слетал, в Финляндию, Швецию, на Эльбрус поднялся и, собственном, всё. Да, во всех этих местах красиво, но как-то однообразно. А Чукотка, наоборот, очень разная. Если двигаться с юга на север, то можно и в тайге походить, и по голой тундре, и в горах. Чукотские горы, конечно, не высокие, – максимум под 1900 метров, – но рельеф альпийского типа с острыми пиками, выраженными цирками и озёрами найти можно.

Отдельный мир – побережье Чукотки ближе к посёлкам Уэлен и Лорино. Здесь живут береговые чукчи со своей особой культурой охоты на морского зверя. Растительный мир совсем другой. Например, незабудка во внутренних районах Чукотки растёт кустами, а на побережье стелется голубым ковром. В районе мыса Провидения множество фьордов. Они, может быть, и уступают фьордам Норвегии по высоте скальных стен, но тоже выглядят впечатляюще. Я, кстати, до сих пор не смог выбраться на мыс Провидения, хотя давно об этом мечтаю.

Интим не предлагают

Чукчи – хорошие люди, в общении с которыми не чувствуешь барьеров из разряда: «Ага, это туземец, к нему нужен особый подход». Хотя нет, чукчи ценят чувство юмора. Если ты приехал к ним в посёлок или бригаду и умно пошутил, всё, ты свой человек. Говорят, что чукчи спиваются, но я бы так не сказал. Мне кажется, ситуация не отличается от любой другой российской глубинки – есть люди пьющие, а есть нормальные, адекватные. Вторых сильно больше.

Полным бредом является утверждение о том, чукчи предлагают своих женщин приезжим для пополнения генофонда. Мой хороший знакомый, он чуламец, то есть потомок русского и чукчи, говорит, что эту сказку в царские времена придумали разные пришлые люди. Чукотку ведь кто осваивал? Ссыльные, те, кого поставили перед выбором – либо виселица, либо отправляйся на край земли.

И вот представьте: ватага мужиков под началом казаков после месяцев странствий набредает на чукотское стойбище... Конечно, низменные инстинкты брали верх, а после, чтобы обелить себя перед высшими чинами, придумывали вот эти сказки про шибко гостеприимных чукчей. Обидно, что этот бред транслируется через современное кино. Например, соответствующий сюжет есть в фильме «Мама» с Нонной Мордюковой в главной роли.

Приятного аппетита

К чукотской кухне у меня смешанное отношение. Есть вкусные вещи, а есть, я бы сказал, непонятные. Может быть, со временем они покажутся вкусными, надо просто распробовать. Из приятных на вкус блюд я бы отметил мантак или кожу кита с полоской сала. Копчёный, варёный, жареный… – в любом виде мантак вкусный. Ещё мне нравится пререм – варёный костный мозг оленя, который смешивают с разными тундровыми травками и потом замораживают. Чем-то напоминает пломбир. Травушки-муравушки, которые чукчи собирают и квасят, тоже ничего.

А есть, например, кровяная каша. Оригинальное название забыл, но это содержимое желудка оленя вперемешку с кровью. Мне не зашло. Просто оленье мясо гораздо вкуснее. С мясом моржа специфичные вещи приготовляют. Я пробовал их на фестивале чукотской кухни, и, скажем так, добавки не захотелось. Скорее всего, это было мясо, пролежавшее в земле не один месяц.

Такой способ готовки возник не на пустом месте. Ферментированное или попросту говоря подгнившее мясо усваивается с меньшими энергозатратами. Кроме того, в нём образуются разные полезные вещества –аминокислоты, витамины, которые иначе чукчи в природе получить не могли. Вкус и особенно запах мяса при этом портились, но люди всё равно употребляли, потому что больше употреблять было нечего.

Я много раз бывал в чукотских посёлках и могу сказать, что сейчас там никто мясо в землю не закапывает. Это теперь фестивальная тема. Северный завоз работает исправно и в посёлках продаются те же продукты, что и в магазинах на материке. Только цены, конечно, заоблачные. Столь же неактуальна и история с «чукотскими семечками». Так называют личинки оводов, которые якобы чукчи выдёргивает из кожи оленя и в сыром виде едят. Может быть, в прошлом это и практиковалось, но сейчас точно нет.

Алексей Егоров

Продолжение следует